Под «вывести из анабиоза любым способом» Жаба не имела в виду утопить.

Все шло хорошо — Жаба даже успела разглядеть на обычно хмурой морде сестры что-то отдаленно напоминающее самодовольство, о как — ровно до тех пор, пока Уточка не ступила куда-то в бок, потеряв концентрацию. За птичьим криком и хлопками крыльев раздался всплеск и слабый вскрик Уточки, вместо прыжка полетевшей прямиком в воду. Жаба застыла и в немом шоке уставилась на водные круги там, где еще мгновение назад уходила под воду рыжая фигура. Она так по-дурацки ее разыгрывает или успела приложиться об камень еще на подлете к воде?

Шерсть на загривке встала дыбом от нехорошего предчувствия — Жаба и без того позволила себе задержаться на мгновение. Она рывком оказалась на месте происшествия, забравшись в реку по шею и барахтая лапами по черному дну в попытке наткнуться на что-то пока еще теплое. Голова отключилась, все инстинкты замерли в состоянии натянутой струны, а вода не казалась ничем иным, кроме как шатким препятствием на пути к цели. Паника настигла бы ее куда позже.

Есть! Жаба неуклюже, едва не соскальзывая вслед за Уточкой, сунулась в ледяную воду с головой, наугад хватая сестру за загривок. Со всей силы потянула на себя, приподнимая безжизненную головку над водой, насколько это позволяла их разница в размерах, — хоть где-то Уточка выигрывала от своей недоразвитости. Будь она хоть на йоту упитаннее, сестры могли бы пойти на дно уже вдвоем. Жаба оглянулась на ближайший ровный берег и как только могла погребла в его сторону, не особенно заботясь о том, как бы случайно не прокусить Уточке шею. Встала ногами на дно — дело пошло быстрее: кое-как проволокла обмякшее тело до ближайшей безопасной точки, попутно отплевываясь водой. Замерла над Уточкой, тяжело дыша на грани собственного полуобморока. Вымокшая до нитки, вся грязная, едва державшаяся на ногах. Пока еще не злая. Но отключаться было нельзя, если кто и видел их побег из лагеря, их могли не хватиться вовремя, и на ужин Небесному племени подали бы заморозку из речных обитателей.

— Ты что, думаешь, я каждому в племени о своих приключениях талдычу?

...кажется, всё стало немного интереснее?

Омут одарил собеседницу красноречивым вопросительным взглядом. Спрашивать, чем он так отличился, чтобы заслужить доверие, не стал; задаваться вопросом чисто для себя — тоже, просто предпочёл понадеяться, что его взгляда было достаточно, чтобы ученица либо сама начала оправдываться, либо замела эту странную тему, что угодно, Звёздного племени ради, только чтобы ему самому неловко не стало.

— Я ж сказала, Скрежет хотел кое-что выяснить от плененного ветряного.
— Вот э-то кон-кре-ти-ка, — оттарабанил Омут по слогам, вложив в фразу всё своё ехидство, — Но допустим. Я, так и быть, даже сохраню твою тайну.

Не то чтобы ему было до неё дело.

Дурашливый укор Вранолапки Омут предпочёл проигнорировать, чтобы относительно спокойная, пусть и неловкая прогулка не сменилась перепалкой и попытками утопить друг друга в сугробе. Омут ловко увернулся от хвоста, который чуть не вдарил ему по морде (а хвост этот пушистый, между прочим, неприятно будет!), соизволил даже не комментировать, что для него уже чудо, и молча поплёлся за ученицей.

Очень скоро Вранолапка припала к снегу — Омут послушно и мгновенно повторил за ней, и, легко уловив знак (вот, какой он молодец, что предпочёл идти сзади) тут же приступил к охоте, обходя зверушку так, чтобы загнать её к Вранолапке.
...если она, конечно, этого от него ждёт...
Омут просто прикинул — он маленький и резвый, снега тут поменьше, вспугнуть белку и задать ей направление он сможет идеально, а там уж дело за малым — Вранолапке эту белку поймать.
Подождав лишнюю секунду и поняв, что Вранолапка, вроде как, следует той же тактике, Омут метнулся вперёд, шугая белку и преграждая ей путь к ближайшему дереву. Та сперва было метнулась к нему, затем, осознав оказавшуюся перед ней опасность, экстренно рванула в противоположную сторону — и тут уже наступал черёд Вранолапки.

На удивление Колючки шутка сработала отлично. Полосатик действительно поверил! Осталось только поддерживать образ с десяток лун, а потом внезапно рассказать ему, что все было просто шуткой. А потом Полосатик бы вспоминал это всю жизнь и, попав в палатку старейшин, рассказывал бы своим потомкам о том, как его обхитрила самая умная в племени Колючка! Ну, или ученицу немного занесло, эта шутка не проживет слишком долго.
— А Тучезвёзд знает? Он мог бы назвать вас Колючонок, тогда вам не придётся договариваться, кто есть кто! —
Колючке пришлось задуматься, прежде чем выдать какую-нибудь реакцию. А ведь действительно, если двое выглядят одинаково и мыслят вместе, то почему не дать им одно имя… Но нет, это же неудобно! Все будут путать кто из них кто, да и все-таки хочется иметь свое собственное имя, а не делить его с кем-то. Однако Колючка, немного подумав, только коротко усмехнулась и не стала никак комментировать такую идею. Сейчас гораздо интереснее часть про то, что небесные коты лучше и сильнее других!
— Это ж огромный плюс. А если что, то всегда можно просто запутать противника, —
— Точно, точно! С таким преимуществом все племена скоро узнают что мы самые сильные, и добрые, и умные, и… в общем самые-самые! –
Колючка поднялась на лапы и воинственно распушила хвостик, слегка подпрыгнув во время своей речи, словно прямо сейчас побежит бить морды каким-нибудь чужакам. Хотя… Выглядело, скорее, забавно, не самая крупная ученица так смело утверждает что ее племя лучшее. Осталось только на деле доказать что слова Колючки правда, но провернуть в такое время какую-нибудь пакость против соседей будет не легко. Лапы, конечно, чешутся что-то сделать, но видимо придется ждать. Переведя взгляд на Полосатика, ученица слегка пригладила шерстку и уже более спокойно спросила:
— Как думаешь, а кто самый сильный в лесу? Ну, исключая наших соплеменников, просто если мы победим самого сильного в лесу кота, то тогда наше племя будут считать ещё более сильным. –

Вода схлынула. Уточка, не разжимая век, подняла голову и закашлялась — изо рта вырвалась леденющая струйка. В следующую секунду мощные челюсти, стискивавшие её загривок, выплюнули девчонку на песок, и только тут она осознала, насколько замёрзла: холод сковал от ушей до хвоста, каждую клеточку, пробирая кости. Уточка мелко-мелко задрожала. Открыла глаза.

Знакомая рыжая голова воззрилась на неё с какой-то непонятной эмоцией — не то презрением, не то недоумением, не то злобой. Всё Уточкино естество потребовало вжаться в песок и отстраниться, чтобы она не дышала ей в рожу и не смотрела прямо в глаза, но она, наплевав на выстрел адреналина, страх и убийственный холод, подскочила, кое-как проковыляла от сестры на два шага и уставилась на неё, как подстреленный волк смотрит на охотника — исподлобья, в отчаянии и ненависти.

Жаба спасла её.

Как же неправильно.

Жаба — спасла — её.

Дрожь усилилась; шёрстка слиплась и потемнела, там, где не была измазана в песке, с неё до сих пор лилась ручьями вода. Жаба выглядела немногим лучше, но она всегда выглядела лучше Уточки. По-хорошему им обеим следовало зайти в палатку целителя, вылизаться и как следует обогреться, и тем не менее в этот момент ни на что на свете Уточке не было наплевать так сильно, как на технику безопасности. Она прохрипела, едва двигая языком:
— З-зачем ты это сделала?..

Шею до сих пор жгло от нежеланного контакта. Уточка подняла голову и повторила:
— Зачем ты это сделала?! — и в голосе её зазвенело нечто истерическое.

«Спасла меня» — дань истине завертелась на языке, но Уточка прикусила его почти до крови, лишь бы не произносить это вслух. Нет уж, Жаба не спасала её — Жаба её обрекла. Не пройдёт и суток, как всё племя будет говорить о том, как Уточка, безнадёжная бесталанная тупица, чуть не утопла на охоте, и ладно бы на какого-нибудь опасного зверя, так ведь (подумать только!) на утку; а Жаба, храбрая, умная Жаба, самоотверженно спасла сестру, бросившись за ней в воду. Сразу ясно, где дурёха, а где героиня, правда ведь?

Уточка хорошо знала, чем кончаются такие истории, да только эта конкретная история всё продолжалась, и продолжалась, и продолжалась всю её жизнь, с самого детства, и никак не хотела завершаться.
Наверное, от неё никогда не отстанут.

— Сама ты больная, — безапелляционно заявила Уточка, как будто это имело в вопросе хоть какой-нибудь вес. Её до сих пор трясло, и голос из-за этого дрожал так, что сердце норовило выскочить из груди. От холода сводило лапы. — Мне... мне не нужна была твоя помощь. Зачем ты в-вообще меня потащила?! Так трудно поохотиться самой, да? Обя-бязательно выглядеть круче за чужой счёт?

Она почти кричала. Обязательно убежала бы, если бы её до сих пор держали лапы, но Уточка и стояла, и говорила из самых последних сил, реши она сделать хоть шаг — рухнула бы на песок и завыла, как маленькая девочка.

Отредактировано Уточка (2022-03-05 14:15:44)

— А как тебе нравится их... хм. Новая Звезда? Она же не просто так его заменила. –
Какая ещё Новая Звезда? Новая предводительница? Колючка пару секунд пыталась сообразить, о ком же говорит Полосатик, пока в итоге не кивнула. Все, дошло, фраза о замене убитого предводителя чуть не пролетела мимо ушей.

— Малиновая Звезда? Хм… Да, возможно! На совете она вроде выглядела уверенно, да и пришла вроде первая… Решено, нужно победить Малиновую Звезду! –
Итак, вопрос кто же самый сильный в лесу после небесных котов решился довольно быстро. Не удивительно, Колючка сразу знала, что на старших можно положиться! Полосатик, правда, не особо то и старше серо-бурой, но пойдет. Теперь нужно подумать, как вообще победить самую сильную в лесу кошку. Колючка переступила с лапы на лапу, посмотрев на небо и махая хвостом.

Малиновая Звезда – предводитель, у неё есть 9 жизней. А значит, и убить её нужно целых 9 раз. Или, возможно, нанести такую рану, что даже волшебные жизни не спасут? Сложно… А ещё предводительницу найти надо, мало ли где она ходит. А то пойдут побеждать Малиновую Звезду, а победят какого-нибудь Звездно Звезда. Да уж…
— А… А где вообще может быть Малиновая Звезда? В лагере? А где тогда её лагерь? –
Закончив задумчиво рассматривать небо, Колючка вернулась в реальность и снова обратилась к Полосатику за помощью. Если он знает самую сильную кошку в лесу, то и где она живет тоже знает? Наверное…

Омут сработал как умничка.

У Вранолапки, разумеется, даже ни на секунду не возникло мысли, что охоту может запороть она. Поэтому, пока Омут крался и вспугивал, она не нервничала, не дернулась в опасный момент и отработала свою часть идеально - взметнувшись из-за сугроба в последний миг (надо сказать, что распахнувшая когтистые лапы для смертельных объятий взлохмаченная Вранолапка с горящими глазами выглядела так, что белку, возможно, постиг сердечный приступ еще до прямого контакта), ученица хлопнула по белке, приплющивая ее в снег, и довершила дело точным укусом в хребет. Добыча обмякла почти мгновенно.

Вранолапка очень довольно заурчала, в возбуждении помахивая хвостом. Шутливо поддела лапкой белку, подкинув ее в воздух в сторону Омута.

— Ты круто-о-ой! Смотри, она почти не тощая! Этого на нескольких котов хватит! Неужели голодуха осталась позади? — Вранолапка мастерски замаскировала изначальный вырвавшийся комплимент последовавшим трындежом. Ей просто самой стало от него неловко; и вообще, это она здесь крутая, Омут так, на подпевке! У него, ну, это... черные пятна, между прочим!

В общем, Вранолапка осеклась и внезапно одарила Омута уже не таким дружелюбным взглядом. Злилась она, впрочем,  на себя, но отлично переадресовывала.

— Вот. Здорово.

— Э-э-э... Есть идеи? –
Колючка уселась в снегу, видимо поняв, что намечается долгий процесс разработки плана. Как же им обойти воителей и выманить Малиновую Звезду? Дождаться совета? Нет, на совете будет слишком много ненужных глаз. Да и ждать долго. Если их лагерь в лесу, то может будет возможность добраться до лагеря по деревьям? А если упадут? Нет, получить травму на чужой территории будет худшим раскладом… Однако незаметно добраться до чужого лагеря и, например, каким-нибудь другим путем попасть сразу в предводительскую палатку может сработать.

– Хм… Если бы мы знали где находится палата Малиновой Звезды, то, возможно, смогли бы придумать что делать? И путь до лагеря лучше сразу узнать… Тогда мы смогли бы проложить маршрут так, чтобы как-то попасть сразу в её палатку и напугать внезапным появлением. –

Колючка чуть прищурила глаза, слегка опустила уши. План придумывать так сложно… Ладно, все нормально. Если Полосатик одобрит предложение первым делом устроить разведку, то получится вполне нормальный первый этап плана. А там уже недалеко и до части атаки! Главное не попасться никому на глаза, получить пару оплеух от соседей, конечно, не страшно, но вот провиниться перед Тучезвездом опасно. Нужно бить наверняка! И без ошибок.

– Что думаешь? Когда узнаем где их лагерь и палата предводителя, то план придумать станет проще. –
Давай, Полосатик, выбор за тобой. Есть, конечно, вероятность что старший ученик внезапно передумает, подумав, что затея слишком опасная, но это ведь глупо! Когда ещё будет такой шанс пойти и доказать всему лесу что даже небесные ученики настолько сильны, что могут победить самую сильную в лесу кошку?

- Я могу перейти?

А почему не переплыть?

Цветок мог бы разрядить обстановку, озвучив эту мысль, но привычно придержал скромное зачатки юмора при себе. Тем более что Лилия спрашивала серьезно, смотрела многозначительно и была такой милой...

- ..Да.

Вообще на все "да". Может спрашивать что угодно.

Меня убьет Пожар. Или Тучезвезд. Или Вихрегон. Или кто угодно. Но Лилия же воительница. Я же не мог ее остановить? Или должен был попытаться все равно? Но я не хочу...

Когда Лилия двинулась с места, Тучезвезды с Вихрегонами вылетели из дурной головы стремительнее молнии в грозу. Цветок вообще забыл о их существовании, откровенно засмотревшись на изящные движения.

Хотелось взять у Лилии пару уроков...

Он дождался, пока речная приблизится.

- ..Как у тебя дела? Все хорошо?

Цветок подавил желание в очередной раз нервно переступить с лапки на лапку, как он делал постоянно, когда нервничал, заставил себя несколько раз моргнуть, делая взгляд менее откровенно отчаянно-восхищенным, застенчиво приподнял уголки губ. Хотелось спросить, давно ли Лилия его ждет, но это звучало так невежливо...

Ага, разведка. Замечательная мысль. Не нужно никаких активных действий, просто пойти и посмотреть, с чем они имеют дело. Тем проще, что один маршрут им уже известен — тот, по которому Небесное племя шло на Совет. Очевидно, что лагерь Грозового племени находится где-то в другой стороне. По крайней мере, Полосатик не разрешал бы чужим котам и кошкам шариться возле лагеря.

— Отлично, — обрадовался Полосатик. — Стемнеет — и сразу пойдём!

А чего ждать. Самое время отправляться на разведку, пока у всех послесоветные дела. Воители отсыпаются... да и им не мешало бы. На чужой территории дрыхнуть будет некогда.

— А до темноты — давай вздремнём, — предложил котик. — А то я немного устал. И если кто спросит — скажем, что передохнули и пошли охотиться.
И это даже не будет слишком уж сильной неправдой. Полосатик же не сказал, на кого они пошли охотиться.

С наступлением сумерек Полосатик был уже бодр. Вылазка ждала — и дождалась!
>Грибная тро-...
Оказывается, бодр был не только Полосатик. Он уже направлялся к выходу — спокойно, стремительно, без суетливости, чтобы не дай Звёздное племя кто не подумал чего не надо, — и буквально врезался в наставника. Да наставник его просто подрезал!

— Куда идём? — спросил наставник таким тоном, что Полосатик понял: уже никуда. Удивительно, как этому зверюге удавалось сохранять доброжелательный вид. "Большой-большой секрет, чтоб тебе всю жизнь хорошо было, старик!"
— Тренировать навыки ориентирования в темноте, — всё-таки попытался Полосатик. Увы.
— Отличная мысль, малой. Вот я с тобой и пойду. Заодно когти поточим друг о друга, а может, поймаешь чего — посмотрим. Ночь — отличное время. — И неторопливо, но безапелляционно направился к выходу.

Ну... ну ладно. Не убежит же от них Малиновая Звезда. И граница.
— В следующий раз! — выпалил Полосатик, обернувшись к соратнице. — Пока!

И убежал.
>Следом за наставником

Отредактировано Полосатик (2022-03-13 19:48:33)

Уточка оставила размашистую подпись в договоре о расторжении их шаткого мира: не замечать злобных переглядываний между членами семьи мог разве что слепец, но никогда эта тема не поднималась в открытую.

Спешите же на главное юмористическое представление сезона — Жаба оказалась первой, кто не ответил Уточке взаимностью. Пренебрежение, легкое отвращение, даже своеобразная жалость, — но, увольте, как можно ненавидеть пыль под ногами? Уточка проживала свою невзрачную жизнь не громче колосящейся на ветру травы. Жаба же могла испытывать целый спектр эмоций относительно своей семейки и закрепившейся за ними репутации бесхозных детей, но все это не вызывало внутри ничего, кроме горчащего на языке сожаления. За неспособную взять себя в лапы сестру, за отдалившуюся мать, за придурковатых братьев, за всю эту нелепую режиссуру судьбы.

Ярость зарождалась не при виде самой Уточки, а от ее кричащего бессилия и отказа сопротивляться обстоятельствам. Никто из них не был хуже другого по факту рождения, все родились в один день и у каждого был свой стимул идти вперед; даже хлипенький Цветок был достаточно языкаст, чтобы в его лапшу иногда верили. Может, Уточке было недостаточно того стимула, что был сейчас?

Жаба бесцеремонно столкнула ее обратно в воду.

— Учись нырять, без этого не примут.

Отредактировано Жаба (2022-03-12 09:52:56)

[Из архива]

    Ветер колыхал высокие стебли и с точной периодичностью то завывал, гудел среди зарослей, то мертвенной тишиной таял в воздухе; серые клочья бегущих по небу облаков застилали солнце, не позволяя без того блеклым и холодным лучам его пробиться к земле.

    Сорго рассекал старую сухую траву бодрыми шагами; находясь в приподнятом духе, он чувствовал, что преисполнен сил и не знал, куда растратить прилив энергии. Большие оливковые глаза его блуждали по Солнечным Холмам (а ныне пустынным и лишенным красок), но взгляд ничто не цепляло, и Сорго искал отвлечение в собственных мыслях. Их хоть отбавляй: обрывки воспоминаний, размытые идеи, размышления... Он не знал, куда шел, но вполне уверенно пересекал тянущиеся вдаль поля, конец которых поглощал сизый туман, какой обычно бывает утром.
Сорго припомнил Травник, и досада кольнула сердце — где сейчас его подруга? Разминулись они давно и с тех пор ни разу не виделись, и Сорго не баловал себя надеждой снова встретиться со старой знакомой. Летними днями, ничем не обязанные, они беззаботно носились по цветущим лугам, падали в душистые цветы и смеялись, много смеялись просто от наслаждения жизнью.
Сорго выступил из безобразной прошлогодней травы, — новая еще не проросла, — и окинул взглядом просторы: возможно, он не один в этих бескрайних равнинах? Сорго был не против разделить с кем-то это тихое, безмятежное утро.

Белая кошка недовольно рычала, пробираясь через кусты шиповника. Какая-то задетая ветка взмыла вверх, издав страшный звук, и сразу наёжившаяся Импа вспрыгнула с сердитым мявом. Затем откашлялась и подняла вверх голову, сделав вид, будто ничего не произошло. В руках её держал только полный желудок после того, как часом ранее они с подругой поймали и съели жирную белку.

— Почти добрались, Скива... Усами чую, — спокойно кивнула медноглазка бурой кошке. — О, а вот и пришли. Когда остальные подтянутся — им понравится это место. Мы дома, дорогая.

Место и правда было замечательное. Импа принюхалась — старые запахи указывали на то, что здесь кто-то был, но этим кем-то точно не был человек. В голове сразу пронеслась мысль — как лучше поступить, если сюда придут другие коты? Может даже кто-то всё ещё внутри...

— Что думаешь, Скива?

— В-вдруг они нас прогонят? И я н-не хочу нач-чинать нашу новую жизнь с драки...

— Ох, Скива... — Импа мягко прижалась своим лбом ко лбу подруги, закрыв глаза. — Для тебя это абсолютно незнакомое и пугающее место, я знаю... В отличие от людей коты не такие дикари, с ними можно договориться. А если что-то пойдёт не так — я тебя в обиду не дам. И Грей с остальными вот вот подойдут.

Собирались тучи, так что лучше остаться здесь, чем искать другое укрытие. Медноглазая спокойно выдохнула, смотря на домик.

— Я пойду первой, а ты за мной, договорились? Если никого нет — приготовим подстилки и подождем до ночи.

Тихой поступью Импа подошла ближе. Затем заглянула внутрь...